Главная / Читать рассказы / Народный маньяк

Народный маньяк

В городе Мымринске случилось нечто настолько трагическое и настолько неожиданное, что его можно сравнить только с началом войны или вторжением инопланетян. А по мнению отцов города, даже хуже.
В городе появился маньяк, убивающий коррумпированных чиновников. Жестокий, хитрый, не оставляющий следа.

С первых дней на его поимку были брошены все полицейские, все спецслужбы, все тайные агенты, даже охрану со школ и детских садов сняли и отправили патрулировать улицы возле домов уважаемых граждан, потенциальных жертв то есть. Тщетно!

Маньяк совершенно незамеченным проникал через любые преграды, проходил под носом у охраны, добирался до своих жертв и даже там не оставлял улик. Ни тебе выстрела, ни удавки. Чиновники умирали якобы от разрыва сердца. Ситуация чрезвычайная.

А началось всё так.
Жена Сергея Ивановича Кокина (См. рассказ «Собачка») Аллочка Малибу, вернувшись вечером из ресторана, не увидела собачки, которая обычно выбегала ей навстречу.
Собачка сидела под дверью кабинета Сергея Ивановича и жалобно выла. Сам Сергей Иванович сидел в кресле синий и мёртвый. В немигающих глазах застыла пустота.

– Убили! Убили кормильца! На кого-то же ты нас оставил?! — закричала не своим голосом Аллочка и бросилась к Инстаграму, чтобы скорее сообщить подругам и подписчикам о своём горе.

На следующий день об убийстве Кокина знал весь город. Соцсети наполнились комментариями, а журналист Чесноков даже опубликовал статью, в которой высказал предположение, что убийство произошло не просто так, а в качестве возмездия за откаты при закупках медоборудования, и что это прецедент.

Не прошло и пяти дней, как смерть настигла соседа Кокина — Алексея Степановича Сундукова.
Не помогли ни новая сигнализация, ни удвоенная после выхода статьи Чеснокова охрана, ни бронежилет, который Алексей Степанович начал носить под костюмом. И опять в комнате убитого не было обнаружено никаких следов взлома, а, согласно заключению судмедэксперта, смерть наступила якобы от разрыва сердца.

Тогда же впервые, сперва на улицах, а потом уже и в кабинетах чиновников, появилась версия о народном мстителе.
Следователь по особо важным делам Зелёнкин сложил материалы по всем убийствам в одну папку и жирным красным маркером написал: Дело #237 Народный маньяк (сперва Зелёнкин написал «мститель», но подумал, что это слово может не понравиться начальству). Городской прокурор взял дело на особый контроль, а мэр города в тот же день собрал большое совещание:
– Господа, за прошедшую неделю мы потеряли двух наших коллег по работе, достойных и уважаемых граждан. По оперативным данным их смерть наступила в результате действий так называемого мстителя. А на самом деле маньяка. Слугам народа объявлена война. Я прошу все спецслужбы, все силовые ведомства приложить все усилия к поимке маньяка и обеспечить персональную безопасность руководящего чиновничьего аппарата.

Страх навис над лучшими домами Мымринска и толкал чиновников на самые отчаянные поступки.
Префект Бахвальский продал яхту и вернул часть денег, выделенных на благоустройство. А директор Мымринского «Автодора» Арнольд Иванович Доброхватов приостановил до лучших времён почти все закупки.
Те, кто не бы был готов к таким радикальным мерам, поспешили покинуть страну, а оставшиеся спрятались за бронированными дверями и многочисленной охраной.
Все полицейские силы, как было сказано в начале, были брошены на обеспечение безопасности лучших людей. Но, несмотря на беспрецедентные меры, в следующие две недели город потерял ещё трёх отцов. Рублевая и Остроженка почти вымерли, а над Озерным посёлком круглосуточно кружили вертолеты.

И только в рабочих районах жизнь текла своим чередом. Даже в чём-то лучше стала. Появились парки, детские площадки, дорожки. В больницы завезли новое оборудование. А на деньги, возвращённые Бахвальским, даже начали строить детский парк, обещанный жителям ещё пять лет назад.

И, вероятно, парк был бы достроен. И ещё много всего могло бы произойти, если бы не профессор Сколиозов. Он в это время как раз работал с пациентами с Рублевой улицы. Лечил от ожирения тех, кто оздоравливался по программе «Лежи на здоровье». (См. рассказ «Альтернативная медицина»).

Делая замеры дыхания, пульса и других жидкостей в организме своих пациентов-чиновников, Сколиозов обратил внимание на резкие скачки давления всякий раз, когда по радио передавали новости про маньяка и когда на телефон пациентов приходило уведомление о полученных платежах. Предположив, что эти явления могут вызывать спазм сосудов, Сколиозов решился на эксперимент.
Дождавшись уведомления об очередном платеже, поступившем директору «Автодора» Арнольду Ивановичу Доброхватову, Сколиозов как бы невзначай спросил:
– Арнольд Иванович, что там слышно про этого народного, так сказать, маньяка? Давно не слышно про новые жертвы.
Стрелка на тонометре подскочила до 195, а Арнольд Иванович посинел и начал хватать ртом воздух. Хорошо, что дело происходило в клинике и все необходимые препараты были под рукой.

Повторив эксперимент с другими пациентами и убедившись в правильности своей теории, Сколиозов записался на приём к следователю Зелёнкину.
– Есть версия, Петр Вадимович, что смерти эти естественные.  Когда к ним, к чиновникам, поступают, так сказать, заработанные средства, я заметил, у них давление поднимается. А если про маньяка что-то подумают или услышат, так вплоть до криза. От этого и инфаркт, и инсульт могут быть.
– Если это единичный случай, Рудольф Степанович, то это не версия, а догадки. Как вы знаете, вся полиция сейчас занята поисками маньяка.
– В том то и дело, Пётр Вадимович, что не единичный, я на нескольких пациентах уже проверил. Попытался поговорить с ними о маньяке. Двоих почти что с того света пришлось вытаскивать. Вы попробуйте, посмотрите, не получали ли покойные в день смерти крупные суммы.
– Спасибо, Рудольф Степанович, — Зеленкин протянул руку. — Проверим.

Через неделю, после всех проведённых проверок, прокурор Мымринска закрыл дело за отсутствием состава преступления. А в газетах написали о том, что никакого маньяка не было, покойные просто сгорели на работе.
И только в рабочих районах люди собирались в кучки и перешептывались, что поймали, вероятно, беднягу. Но, может, он не один действовал.

Приземлились в Мымринском аэропорту вернувшиеся из-за границы частные самолеты. Открылись чиновничьи кабинеты. Получать деньги снова стало безопасно, и вся жизнь вернулась в своё привычное русло. Смертей среди чиновников больше не было.

Только префект Бахвальский скончался от инсульта. Не пережил того, что зря вернул деньги в бюджет и  построил детский парк.

Народный маньяк