Главная / Читать рассказы / Пульт от чиновника

Пульт от чиновника

Считается, что на наших чиновников нет никакой управы. Что они этакие князья: что хочу, то и ворочу. «Я человек государственный, а вас государство рожать не просило».
Это, конечно, не так. Есть у наших чиновников ахиллесова пята. Брешь в их броне. И как бы они не старались её прикрыть – в силу чиновничьей природы своей, не могут.
Называется эта брешь «Что скажет начальство» и «Как бы чего не вышло».
Есть ещё могущественное слово «Президент», которое их в состояние оцепенения ввергает. Парализует волю и отключает мозг.

Приехали вы, к примеру, из Северного Казахстана в Москву, и нужно вам ребёнка в школу устроить. Вы и так, и этак просите.  Говорите, я на работу хожу, бабушки у нас нет, должен же ребенок хотя бы начальное образование получить. На колени встаёте. Директор непреклонен. То ли на дачу взятки провоцирует, то ли просто вас не замечает. Занята его голова важными государственными делами, отчетностью там, статистикой, премиями. Не может он до такой мелочи, как отдельно взятый ребёнок, снизойти.

Но попробуйте нажать на кнопочки «Президент» и «Что скажет начальство» и вы увидите совершенно другого директора. Напишите ему:
«Уважаемый Евгений Леонидович! В своей мартовской речи наш президент сказал, что у нас страна с равными правами и равными возможностями для всех национальностей. Что каждый ребёнок, проживающий на территории России, вне зависимости от гражданства родителей, сможет получить среднее образование, и государство, и контролирующие органы будут следить за этим.
Уверен, что вы с уважением относитесь к словам президента и найдёте возможность зачислить моего ребёнка в первый класс вашей школы».

Внизу поставьте дату и подпись. А в шапке письма, кроме директора, впишите имя начальника вышестоящей организации, например, департамента образования нужного округа Москвы. И если уж хотите совсем волю директора парализовать, адрес прокуратуры. Чтобы директор сразу понял, что копия этого письма куда надо ушла. И про ребёнка этого у него спросят.

После такого письма директора, может, корежить будет, может, у него давление поднимется или изжога. Но ребёнка вашего примет. Можете проверить.

Или другой показательный случай. В кабинет начальника департамента Рослесхоза Николая Игоревича Пустовалова однажды посетитель зашёл. Без предупреждения, без звонка. Просто дверь открыл.
– Здравствуйте, Николай Игоревич, я – Мартынов, от Сергея Ивановича. Вас должны были предупредить, чтобы вы содействие оказали.

Мозг Пустовалова лихорадочно заработал. Никакого Сергея Ивановича он не знал, но вдруг кого-то важного забыл. Как бы чего не вышло. И Пустовалов решил пойти на хитрость. Выяснить, какого все-таки Сергея Ивановича.
– Какого Сергея Ивановича, Перемыгина?
– Нет, Сергея Ивановича из администрации президента. Неужели не помните? А он о вас так хорошо отзывался. Звонка вашего ждал на прошлой неделе.
– Почему же, помню. У меня просто телефон старый сломался, записная книжка полетела. Поэтому не смог позвонить, – соврал Пустовалов.
– Ладно, я ему так и передам. Он, вероятно, к вам заедет. А пока просил передать, чтобы вы мне вот этот документ подписали.
– Что за документ? – Николай Игоревич протёр запотевшие очки.
– Разрешение на вырубку леса в Осокинском районе для ООО «Рустопор».
– Ну извините. Такие документы так просто не подписываются. Документ должен сперва поступить моему помощнику, потом решение комиссии, только потом я подписываю.
– А Сергей Иванович говорил, что вы очень надёжный и верный человек. Он вас собирался даже по службе двигать.
– Я верный, я верный, но нужно соблюсти протокол!
– Это совместное решение Аппарата Президента и Министерства обороны. Положение сейчас серьёзное. Времени на комиссию и раскачку нет. Конечно, если вы не хотите подписывать, это ваше право. Я прямо сейчас позвоню в АП. И скажу, что вы отказались. Тогда на вашем месте кто-то другой подпишет. Потеряем, конечно, время. Но бывает, – Мартынов достал мобильный телефон.
– Подождите, подождите, я подпишу, конечно. Можно только от Сергея Ивановича напрямую услышать. Скажите, что я подписываю, но хочу кое-что уточнить.
– Это без проблем, – Мартынов набрал номер «Сергей Иванович АП»
– Сбрасывает, скорее всего, на совещании в Минобороны. Давайте ему напишем.

«Сергей Иванович, Пустовалов спрашивает, точно ли подписывать?» – Мартынов и Пустовалов склонились над трубкой.
Ответное сообщение пришло довольно быстро:
«А что, этот идиот до сих пор не подписал?»

– Напишите, что уже подписывает, – покрасневший Пустовалов потянулся к ручке.
– Передайте, что я просто ответственно отношусь к работе и просто хотел уточнить.
– Есть ситуации, когда нужно действовать быстро, а уточнения потом делать, – Мартынов положил подписанную бумагу в портфель и, не попрощавшись, вышел.

«Хоть бы всё так и было, хоть бы не жулик», – вздохнул Пустовалов, открывая спрятанную еще с Нового года бутылку коньяка.

А через две недели понятно стало, что всё-таки жулик был. Никакого Сергея Ивановича в администрации не нашлось.
А лес, конечно, вырубили и продали китайцам.

Боялся Пустовалов, что уволят его. Но кто-то позвонил начальству, сказал, чтобы оставили, что Николай Игоревич человек верный и надёжный.

Сейчас Пустовалов больше всего боится, что опять кто-то в кабинет зайдёт и скажет, что он от Романа Владимировича или Дмитрия Егоровича или ещё от кого-то влиятельного, кого Пустовалов незнанием может обидеть. Зайдёт и скажет: «Подпишите бумагу!» И ведь опять придётся подписать.
Лучше уж пусть жулики ещё раз лес вырубят, чем он кого из начальства обидит.

Пульт от чиновника